Реформирование “Укроборонпрома”: с чего нужно начинать

Президент Зеленский назначил главой Набсовета “Укроборонпрома” Айвараса Абромавичуса, который на днях презентовал своё видение реформирования госконцерна.

Многое звучит логично, в соответствии с международными бизнес-моделями, и будет понятно иностранному инвестору, но придется делать поправку на украинские реалии. Это не первая попытка настроить эффективную работу оружейного “монстра”, предыдущие пока успехом не увенчались. Об этом пишет на Обозревателе эксперт в сфере развития ВПК Украины Максим Глущенко.

Работы тут – поле непаханое. Десятилетиями наш ОПК был ориентирован на модернизацию советского вооружения и экспорт в страны третьего мира. Но времена кардинально изменились. И сегодня перед украинской оборонкой совершенно иные вызовы. Нам нужны новые образцы техники и оптимизация финансовой деятельности “Укроборонпрома”, в привязке к конкретным параметрам и показателям, чтобы большинство средств от реализованной продукции шло на развитие предприятий. Нужен механизм, который уберет подставных посредников, кормящихся с оборонки, и получающие баснословные агентские выплаты.

Особое внимание необходимо уделить компании “Укрспецэкспорт” и другим спецэкпсортерам, через которых проходит экспорт/импорт продукции и услуг соответствующего назначения. Все контракты заключается через агентов-посредников, и, с одной стороны, это устоявшаяся практика в некоторых странах. Но с другой – возможности для теневых схем. Зачем нам семь спецэкспортёров? Кто и как оценивает их работу? Кто-то скажет, что каждый работает на своем рынке, но это только удобная отговорка. Необходимо переформатировать их деятельность и объединить экспортеров с вертикально интегрированными производственными кластерами или бизнес-подразделениями, как их называет Абромавичус.

Этот вопрос я подробно изучал еще в бытность работы в “Укроборонпроме”, предлагая свое видение изменений внутри концерна. Ещё в 2012 году положил на стол генеральному директору концерна пилотный проект создания одного из кластеров “Вертолеты Украины”. Предлагалось объединить три завода: “Авиакон”, “Севастопольский авиационный завод”, специализирующийся на ремонте вертолетов Камова, и “Луганский авиационный ремонтный завод”, который осуществлял ремонт редукторов. Концентрация производства и научно-технического потенциала не только бы дала возможно оптимизировать затраты, проводить эффективную маркетинговую политику, стимулировать создание инноваций, но и сохранить производство, которое в итоге было утрачено в результате оккупации Крыма и Донбасса. Тогда дело застопорилось еще на аудите предприятий спецэкспортеров и ревизии контрактов, когда начали вылезать наружу мутные схемы. И в конечном итоге, я стал очень неудобен для тогдашнего министра обороны Саламатина, курировавшего данную отрасль. Но какую бы стратегию реформирования не выбрали сегодня, есть ряд направлений, без которых эта сложная задача с места не сдвинется.

Во-первых, понять, что мы можем. Необходимо провести инвентаризацию и детальный аудит. И финансовый, и производственный. Необходимо понимание реальных мощностей, потенциала заводов, возможности частных предприятий, которые могут стать звеньями производственных цепочек в оборонке.

Во-вторых, сконцентрироваться на приоритетах. Выделить ключевые отрасли, в которых украинский ОПК имеет наибольшие компетенции и конкурентные перспективы, сконцентрировать усилия в этих направлениях. Отбросить лишнее и непрофильное, хоть это и не будет легко. Определить стратегические экспортные рынки, сферы прогнозируемого интереса.

В-третьих, установить ключевые потребности украинской армии. И связать воедино все циклы: что мы способны производить самостоятельно, что необходимо импортировать, в развитие каких проектов вкладываем деньги, и каких инвесторов (финансовых или технологических) привлекаем для кооперации.

И тогда сложится цельная картинка из того, что мы продаем на экспорт, кому и по какой цене, какие, как и с кем создаем новинки ВВТ, но, главное, не в ущерб собственной армии! Чтобы не возникало ситуаций, когда покупают то, что нужно кому-то продать, а не то, в чем нуждаются вооруженные силы. Как это было не раз последние годы, когда согласовывали продукцию завода “Ленкузня”, потребность в которой сомнительна, но не включали в гособоронзаказ продукцию неугодных частных предприятий, в которой реально была потребность.

Сложную проблему агентских выплат решать будет нелегко, но если убрать их полностью трудно, то привязать к конкретным параметрам контракта вполне реально. Цена, количество, условия оплаты и поставки – по этим параметрам я предлагал оценивать эффективность, а не выплачивать по 50% агентских от суммы, как это было, например, с продажей боеприпасов. Но эти предложения в “Укроборонпроме” надежно похоронили под сукном.

Но есть еще один важный нюанс. Реформы ради реформ – это то, с чем мы часто сталкивались последние годы. У нас существует, например, известная и признанная система электронных закупок ProZorro. Действительно, хорошая платформа. Но откуда тогда десятки скандалов, связанных с коррупцией при госзакупках? Ответ очевиден. Есть теория, а есть практика – так называемый “человеческий фактор”, который способен обскакать любое, даже самое правильное и полезное нововведение.

Как раз этот самый фактор напрямую связан с коррупцией. Когда чиновник делает выбор в пользу “нужного” предприятия, которое показало цену на тысячу меньше, чем конкурент, но подписывает документы на поставку сомнительной по качеству продукции. И тут не помогают никакие замечательно выписанные законы и концепции!

Есть ли выход из этого замкнутого круга? Есть. Реформаторы должны осознать, что изменения в любой сфере начинаются с реформ правоохранительной системы. Неотвратимость наказания и реальное, а не декларативное равенство перед законом. Проще говоря, пока что в Украине любой реформе нужно сопровождение в виде “надсмотрщика”. Но тут возникает следующий вопрос: а кто будет этим самым “надсмотрщиком” в случае с “Укроборонпромом”? Их должно быть несколько. Главным внутренним “аудитором” является наблюдательный совет. Ранее попытки сделать его действующим контролером (даже привлекая иностранцев) успехом не увенчались.

Второй, и главный, “аудитор” – это правоохранительные органы. Их предостаточно: СБУ, ГПУ, НАБУ, САП, ГБР. Но тут возникает вопрос об уровне доверия к этим структурам. Ведь при всем многообразии правоохранителей, об основных теневых схемах в оборонке мы, как правило, узнавали от журналистов! А громкие дела “тонули” на стадии расследования или в суде. Вспомните хоть одно из нашумевших с реальным приговором для громкой фамилии? В основном отдуваются “стрелочники”.

Еще в 2015 году я написал, что реформы оборонно-промышленного комплекса будут встречать серьезное сопротивление, саботаж в лице чиновников, которые уютно чувствуют себя долгие годы, сидя на коррупционных схемах, откатах при закупках и т.д. А потому полумер в борьбе с коррупцией в этой отрасли быть не должно, иначе изменений не произойдет и всё опять заглохнет. Итак, реформа так реформа! Смотрим внимательно.

Є ідея або
бажання допомогти?

Залишайтеся на зв'язку і підписуйтесь на нашу розсилку